Как стать писателем? Пошаговое руководство.
«Пиши резво, редактируй рьяно» — не столько учебник по литературному мастерству (этого добра и так хватает), сколько очаровательная, умная, смешная и очень живая книга, способная поднять с дивана, расшевелить и вдохновить на писательские подвиги даже самого завзятого прокрастинатора».

Галина Юзефович
Литературный обозреватель Meduza
Спецпроект
«Никто не придёт
и не сделает
тебя знаменитым»
Юлия Гайнанова, писатель и журналист, автор книги «Бутылка. Книга для тех, кто любит выпить», рассказала «Хемингэуй позвонит» о пути писателя, сомнениях и алкоголизме и литературной школе, где дарят уверенность в себе.
Телеграм-канал «Хемингуэй позвонит»
Close
часть 1
Литетарура
Юлия Гайнанова. «Бутылка. Книга для тех, кто любит выпить», Городец, 2021
— Ты не мечтала стать писателем, но, тем не менее, стала. Как так получилось?

— Получилось, что я закончила журфак МГИМО, где курсе на третьем решила попробовать работать по специальности — связи с общественностью. Из всех моих обязанностей мне нравилось ровно ничего. Правда, писать пресс-релизы было весело. В том же году нам читал курс по мировой литературе Вяземский — и всё, у меня появилась мечта тоже написать книгу.

— О чем «Книга для тех, кто любит выпить»?

— Это искренняя история обо мне и моей подруге, о том, что с нами происходило, когда мы решили отказаться от алкоголя на год. Она для каждого, кто хотя бы раз забывал события предыдущего вечера, просыпался с похмелья или с неопознанными синяками… Книга – о поиске себя и пути к себе.

— Как бы ты охарактеризовала жанр этого произведения? Нонфик, автофикшн, что-то еще?

—Автофикшн.

— Ты пила, когда писала эту книгу?

— Да. Причём это чуть не стало поводом для того, чтобы вообще отказаться от идеи её дописать, ведь изначально она задумывалась как заметки о трезвой жизни. Но потом я поняла, что надо продолжать и фиксировать все события — и срывы в том числе. Думаю, наши ошибки могут научить нас гораздо большему, чем успех. И принять условно «плохую» часть себя я смогла как раз, когда поставила точку в этой рукописи.
«Бутылка. Книга для тех, кто любит выпить». Фрагмент
Когда ты от чего-нибудь страдаешь в детстве, то потом ни в коем случае не будешь такое повторять. Ну, знаешь, как все мечтают, что вырастут и уж своим детям будут разрешать есть сколько угодно мороженого? Вот так же, только наоборот: не буду пить, не буду бить, не буду обзываться. Но вот я с ужасом ловлю себя на том, как из моего рта в детей летят гадости, точь-в-точь такие же, которые я слышала от мамы.

Каждый Новый Год, сколько себя помню, я загадывала одно и то же: чтобы мама бросила пить. Если бы так случилось, моя жизнь превратилась в сказку, ну или, по крайней мере, в произведение без надрыва и драмы. Но так не происходило до моего восемнадцатилетия, когда она умерла.

Я училась в архитектурном. Сижу на лекции, а телефон непрерывно звонит. Брат сказал срочно ехать домой к родителям. Пока я мчалась по пустой дороге, ко мне подступала знакомая тошнотворная тревога. И знаешь, о чём я думала? Я думала, что мама либо напилась и сделала что-то ужасное, либо умерла. И первый вариант мне казался даже страшнее. Было мерзко от этих мыслей, будто их думает кто-то другой. А потом я посмотрела в глаза брату, когда он открыл дверь, и всё поняла.

Поскольку в нашей семье пьющей считалась мать, никто в этом смысле как-то особенно не уделял внимание папе. А он тоже был не алкогольный промах. После трагедии он напивался, а я бесилась, потому что считала — это неуважение к маме, проигравшей алкоголю возможность находиться на бренной земле. Можно подумать, я сама тут же бросила пить. Нет, именно тогда я и начала проводить вечера с двумя-тремя бокалами регулярно, именно тогда начала напиваться по выходным с незавидным постоянством.

Когда мне было лет десять, я всё рассказывала, как никогда-никогда не буду пить и курить. Тогда я любила смотреть передачи, где довольно подробно перечисляли все ужасные последствия вредных привычек. Но телевизор устрашил меня ненадолго, и «неуважение» к смерти мамы, которая умерла от алкоголя, я буду проявлять ещё раз, ещё раз, ещё много-много раз.
Это искренняя история обо мне и моей подруге, о том, что с нами происходило, когда мы решили отказаться от алкоголя на год
— Хемингуэй признался незадолго до смерти, что алкоголь разрушителен для карьеры писателя: «Сначала ты пьешь алкоголь. Потом алкоголь пьет алкоголь. Потом алкоголь пьет тебя». А что ты можете сказать о роли алкоголя в твоей жизни?

— Как бедного Хэма только не называют, я вот привыкла к «старику Хэму». Так вот я полностью с этим согласна! Но если честно, я немного зла на него за другой афоризм: «Пиши пьяным, редактируй трезвым». Большинство начинающих писателей воспринимают его буквально.

— «Я не валяюсь под забором, но валялась на улице, на углу элитного дома в переулках Арбата, в котором жила и куда у меня не было сил подняться». Хорошая книга — это искренность. Было сложно решиться на такие откровения?

— Да. Но цель книги всегда в конечном итоге перевешивала мои страхи и сомнения. Я знала, что делаю что-то важное, что людям это нужно.

— Как отреагировали близкие, когда увидели и прочли эту книгу?


— Отец умер, а вот маме мне было очень трудно давать книгу. Я сразу сказала, что не хочу, чтобы она читала, особенно, если она захочет что-то покритиковать — лучше не надо. Но она всё равно купила, правда, не смогла дочитать даже до половины. Ей неприятна эта тема.

— Хемингуэй сказал: «Журналистика в какой-то момент становится разрушительна для писателя». Тебе журналистика помогает или мешает писать?

— Я журналистикой уже много лет не занимаюсь как таковой, поэтому нет.

— «Писать целые книги, а не статьи, — интереснее, масштабнее и ближе к тому, чем я хочу заниматься». Сложно ли было перестроить образ мышления под написание больших текстов?

— Нет, мой образ мышления будто создан именно для больших текстов! Люблю копаться в деталях и одновременно создавать что-то масштабное, раскрывать вопрос полностью, а не широкими мазками обозначать проблему.

— «Писательство — не спринт, а изнурительный марафон». Что помогало тебе довести рукопись до конца?


— Вера в то, что эта книга может спасти чьи-то жизни. Звучит, конечно, немного пафосно, но я и правда знаю случаи, когда люди отказывались от алкоголя, прочитав мою книгу. Я постоянно получаю письма о том, насколько изменилась жизнь читателей, как они стали лучше понимать себя и жить радостнее. Именно этого я и хотела.

Я постоянно получаю письма о том, насколько изменилась жизнь читателей, как они стали лучше понимать себя и жить радостнее
Юлия Гайганова
— Расскажи о судьбе этой рукописи? Как ты писала книгу. Возникало ли отчаяние, хотелось ли все бросить?

— О самом кризисном моменте я уже рассказала. Я в этом плане не самый интересный автор: люблю системность и привыкла много работать. Поэтому никаких рыданий под луной, творческих кризисов и стенаний в поисках музы у меня не было. У меня были задачи: зафиксировать историю, отредактировать историю, издать книгу. Их я и выполняла. Аж самой противно!

— Ты «архитектор» или «садовник»? Знала, чем все закончится с самого начала и спланировали сюжет, или это был чистый поток сознания, который вылился в написанную книгу?

— У меня книга основана на реальных событиях, мне оставалась только зафиксировать. Но сейчас я пишу сборник рассказов, и тут я скорее выступаю в роли садовника. А вот когда сяду за роман, то примерю и роль архитектора — на длинных дистанциях садовник просто не выживет.

— Ты вышла на издательство? Или издательство вышло на тебя?

— Я каждый день рассылала рукопись и весь процесс показывала в «Инстаграм». Да, и отказы тоже! У меня есть своя система рассылки, так как я достаточно давно этим занимаюсь, даже курс для авторов сделала «Как издать книгу». Издательство «Городец» первые в меня поверили, так мы и подписали договор.
часть 2
Школа писателей
— У тебя в «Инстаграме» написано «Помогу написать книгу». Расскажи, пожалуйста, как именно ты поможешь?

— Тут несколько вариантов. Можно пройти мои курсы или позаниматься со мной лично на коучинге, взять консультацию.

— О чем твои курсы?

— Сейчас я готовлю масштабный курс, где будет всё, что может понадобиться автору: от выбора идеи до финальной редактуры. Он начнётся в следующем году и будет длится два месяца.

— А что такое «литературный коучинг»?

— На коучинге я решаю конкретный запрос автора. Обычно я веду его с самого начала, то есть мы вместе выбираем идею, начинаем писать первый черновик, и дальше, пока книга не будет готова полностью.

— На сайте написано: «одного раза достаточно». Разве можно научить писать за одну сессию?

— Учиться можно всю жизнь, хоть писательству, хоть финансовой грамотности, хоть балету. Другое дело, что я могу помочь всего за одну сессию решить конкретную проблему. Причем даже если сам автор пока даже не может ее сформулировать.

— Для кого эти курсы и кому подойдет коучинг?

— Перечислю самые распространенные запросы. В первую очередь, конечно, стоит учиться, если вы новичок и не понимаете, о чем и как писать, или у вас боязнь белого листа, а вы хотите делать сразу хорошо и получить результат за конкретный срок. Другой случай, когда опыт есть, но пишете и бросаете, лень подступает, не хватает дисциплины, страхи вылезают, что не хватит таланта, например. Бывает, писатель дописал, но не доволен, не уверен в себе и не знает, что делать дальше. Ещё ко мне часто обращаются эксперты, которые хотят поделиться знаниями, но никогда не писали книги и не знают, с чего начать.

Вообще, всего, конечно, не перечислить, потому что каждый человек индивидуален. Но помочь можно каждому, кто готов работать, я в этом уверена. А формат можно подобрать в зависимости от временных и денежных возможностей. Это как со спортом, можно пойти заниматься в группу, а можно с тренером. В группе у вас атмосфера особенная, вы растете за счет окружения, зато тренер прорабатывает именно ваш запрос.
«Бутылка. Книга для тех, кто любит выпить». Фрагмент
Мамин папа, мой дед, которого я никогда не видела, потому что он дожил лишь до пятидесяти, напивался и распускал руки. Быть побитым здоровым деревенским мужиком никому не хотелось, поэтому мама с братом отлично умели играть в прятки. Однажды спасаясь, мама залезла в печь, в которой её потом чуть не сожгли. Но не сожгли, повезло. Правда, меньше повезло моим детям, потому что свою бабушку они не увидели, ведь она, соблюдая страшную традицию поколения, до пятидесяти так и не дожила, предпочтя алкогольное забытьё. Но дети должны быть лучше родителей, поэтому мама била только папу, а меня не трогала. В прятки я играла так себе.

Я помню этот комок тревоги с оттенками тошноты, когда я видела её пьяной. Больше я мало что помню, видимо, просто не хочу вспоминать. Но факт остаётся фактом: передо мной был не самый притягательный пример алкогольного опьянения, что меня никоим образом от него не отвратило. Мне двадцать семь и я пью каждый день несколько бокалов вина, позволяя себе доходить до пяти-шести по выходным.

Тут вступает в силу великая власть нюансов. Моя мама чуть не угорела в деревенской печи, я же тряслась и боялась в квартирах в центре Москвы, салонах бизнес-класса или холлах пятизвёздочных отелей. А ещё моя мама была безупречна, кроме вот этого небольшого недостатка. Ну, подумаешь, пить не умеет, так и не всегда же дерётся.

Сейчас я просто жалею, что мало с ней разговаривала.

Скоро я выясню, какие же эмоции я так рвусь сопроводить алкоголем. Для этого я решила не пить целый год.

Признаться, это не моя идея. Я познакомилась с Юлей, когда она уже начала свой эксперимент. Мне стало интересно, поможет ли мне её подход. Пока что сама идея не пить кажется чем-то слабо осуществимым.

В тот вечер мы танцевали, и во мне уже плескалась пара стаканов виски. Я расставила руки и кружилась. Когда я потеряла равновесие, на вечеринках со мной такое случалось, Юля схватила меня за руку, и я смогла удержаться на ногах. Мы разговорились.
Юлия Гайнанова
— Что такое трекер для писателя, который ты предлагаешь бесплатно?

— Это удобная система, по которой можно отслеживать прогресс. Ведь как бывает, томишься, томишься, не понимаешь, где же твой роман гениальный, а тут трекер заполнил и видишь, что за месяц написал пару абзацев, книг не читал вообще, а редактировал от силы пару строк. Такая фиксация реальности. Помогает выработать привычку писать регулярно — это самое важное для начинающего писателя.

— Ты помогла написать книгу Софико Шеварнадзе и Полине Максимовой. Расскажи об этих кейсах.

— С Софико нас связало издательство «Эксмо», за что я им безумно благодарна, потому что это невероятная девушка, интеллигентная и с большим сердцем! И книга у неё получилась, на мой взгляд, пророческой. Всем, кто интересуется пандемией, must read. А с Полиной мы написали книгу ещё полтора года назад, но долго не могли подобрать издательство. Зато когда книга вышла, она выстрелила — раскупили всё за пять дней!

— Окей, предположим книга написана. Что дальше?

— А дальше надо её издать! Ещё дальше — искать своего читателя. Написанная рукопись — только треть работы.

— Насколько писателю важно продвигать себя в социальных сетях?

— Очень важно! И так как мы в 21 веке живём, наши читатели именно там, в соцсетях. И это, на мой взгляд, прекрасно, не надо бегать по квартирникам и караулить издателей, заводи страничку, делись мыслями и ищи единомышленников — ну красота же! Глупо этим не пользоваться. Никто не придёт и не сделает тебя знаменитым. Жаль, конечно, но тут уж как есть. У начинающих авторов есть предубеждение, что гениальный роман пробьет дорогу к славе сам, но я регулярно рассказываю в блоге о тех же русских классиках, которые тоже старались, чтобы о их книге узнали. Правда, у них не было соцсетей. Тот же Бунин собирал отзывы читателей, старался попасть в газеты и добивался, чтобы его «Листопад» выдвинули на пушкинскую премию.

— Расскажи о самых типичных ошибках начинающих авторов, с которыми вам приходилось работать?

— Любимое — не указывать время и место действия. Что за герои, где они — действительно, какая разница. Писать «очень» и «это» через предложение. И самое главное — думать, что твой первый черновик должен быть идеален, а если нет — то писать ты права не имеешь. Такая веселая чушь!

— Твой главный совет тем, кто хочет издать книгу?

— Отнестись к этому этапу создания книги серьезно и не останавливаться после пары отказов. Тут нужен системный подход, о котором я говорю на курсе. Важно понимать, что создание книги состоит из трех этапов, равноценных по временным затратам: написание рукописи, поиск издательства и продвижение.

— Можно ли в России зарабатывать писательством?

— Можно, но сложно. Я бы не рассчитывала на доход от первой книги. Реально именно существовать на авторские, когда ты уже знаменитый писатель. Да и то, наверное, существовать, а не жить беззаботно.

— Расскажи о писательских планах? Работаешь ли над новым текстом? Чем удивишь читателей в следующий раз?

— Да, сейчас работаю над сборником рассказов. Некоторые уже опубликованы или выигрывали в конкурсах, мне хочется собрать их в полноценную книгу. В ней я продолжаю исследовать разрыв между нашими мыслями и объективной реальностью, с одной стороны, и то, как мы этими самыми мыслями всё же на реальность влияем, с другой.

Made on
Tilda